|
|
src="http://stat.aport.ru/show.pl?tp=41&id=1320669" height=31 width=88
Вы спросите священника.
Может, он знает.
Давно он здесь? - В Михайлов день четыре года сравняется.
Прежний-то помер, но, может, и теперешний что-нибудь знает.
Старый Джолион почувствовал себя как зверь, у которого отняли добычу.
Умер! Этот негодяй умер! - А вы-то разве не знаете, что сделали с гробами... с костями? - Вот уж не скажу.
Похоронили, верно, где-нибудь.
А которые, может, доктора забрали.
Я же говорю, спросите викария, он, может, знает.
И, поплевав на руки, он опять взялся за лопату.
Викарий? Но и от викария он не добился толку - тот ничего не знал, по крайней мере так он говорил, - никто ничего не знал! Лжецы - да, лжецы! - он не верил ни единому их слову.
И владельцев они не искали - боялись, что им помешают! Исчезла, развеялась, - ничего не осталось от нее, кроме записи в кладбищенской книге.
| | |
